Лекция «Тренер-танцор-родитель – психология взаимоотношений» прочитана на конференции РГУФК в 2004 году и на 4 Национальном Конгрессе судей и тренеров ФТСР. ( Лектор: Нина Рубштейн )

IMG_4798

Здравствуйте, уважаемые коллеги.

Я не так хорошо говорю, как пишу, поэтому буду заглядывать в текст, чтобы не терять нить моего выступления.

Как психолог, я представляю наиболее эффективное современное направление психологии – гештальт-терапию. Данное направление подразумевает, прежде всего, практическую работу и ориентацию на опыт конкретного человека (клиента). Поэтому лекция, с точки зрения гештальта, не представляет особой ценности как форма обучения или как форма психологической помощи, поскольку и для того и для другого необходим личный контакт психолога с конкретным человеком. В сегодняшней аудитории, как вы понимаете, это невозможно. Поэтому я вижу свою задачу здесь и сейчас в том, чтобы как можно более полно информировать вас о том, какие основные причины лежат в основе психологических трудностей в танцевальном спорте. Кое-какие, очень общие, практические рекомендации вы тоже можете услышать сегодня.

Готовясь к сегодняшнему выступлению, я ориентировалась на тот актуальный интерес к психологии, который присутствует именно в тренерской среде.

До сих пор моими клиентами чаще всего были танцоры и их родители, а их основной интерес – это возможность строить продуктивные отношения в паре, а так же эффективно подходить к тренировочному процессу и стратегии карьерного роста.

Уверена, что и для тренера эти темы небезынтересны, но, по результатам опросов прошлых конгрессов, более насущная тема для тренеров – это отношения в системе «тренер – спортсмен – родитель». Насколько я понимаю, речь идет в основном о трудностях тренеров в отношениях с родителями. Так ли это? Если есть какое-то еще острое явление в этой триаде – я бы хотела, чтобы вы мне об этом сейчас сообщили.

У меня есть свои собственные представления о смысле, трудностях и особенностях этих отношений, и эти представления могут не вполне соответствовать вашему личному опыту. Поэтому по ходу лекции вы можете задавать вопросы и присылать записки о том, что близко именно вам, и, ориентируясь на ваши актуальные запросы, я попытаюсь быть максимально полезной вам сегодня. Вполне вероятно, что встречаются очень близкие по сути проблемы, способы решения которых будут интересны всем. И здесь мне бы хотелось опираться, прежде всего, на ваш опыт.

Итак, я начну со своего опыта как тренера и как психотерапевта.

Для того, чтобы эффективно решать проблемы любых взаимоотношений, важно располагать как можно более точной и полной информацией об интересах каждой из сторон системы «тренер – спортсмен – родитель». И здесь для тренера важно, в первую очередь, видеть свою личную позицию по отношению к спортсмену и его родителям, и как можно более правдиво.

БОльшая часть конфликтов возникает, как правило, из-за неверных представлений об интересах друг друга, и степени ответственности за результаты или проблемы.

Сейчас я предлагаю рассмотреть, какие именно интересы могут быть у каждой из сторон. И может быть что-то из этого уже само по себе будет для вас новостью.

Итак, в чем состоит тренерский интерес в танцевальном спорте.

Как правило, самый главный тренерский интерес – это его признание как специалиста учениками, их родителями, коллегами, судьями, арендодателями помещения, в котором он работает, широкой танцевальной общественностью. И это признание может складываться не только из тех результатов, которых достигают его ученики. Не менее значимыми для этого являются следующие моменты:

  • методичность подачи тренировочного материала;
  • психологическая атмосфера, которую тренер создает в клубе;
  • умение строить отношения с родителями;
  • умение строить отношения со спортсменами;
  • величина заработка тренера, которая отражается на его внешности и образе жизни;
  • умение планировать и продвигать карьерную стратегию учеников;
  • умение поддерживать трудолюбивых учеников и стимулировать менее азартных;
  • умение регулировать отношения в парах между спортсменами;
  • умение выстраивать отношения с ассистентами и коллегами, с которыми данный тренер сотрудничает;
  • умение защищать интересы своих спортсменов в конкурентной атмосфере турниров.

Эти и многие другие, более мелкие детали, делают тренера конкурентно способным и успешным. Опытные и талантливые тренеры обладают навыками эффективного поведения в каждом из перечисленных моментов, а молодым педагогам приходится этому учиться на собственных ошибках, а так же пользоваться помощью более опытных коллег, или специалистов в области психологии бизнеса, орг-консультантов, консультантов по проблемам отношений.

Здесь я хочу пояснить термин «эффективное поведение». В гештальт-терапии не принято пользоваться словосочетаниями «правильная модель поведения» или «неправильная модель поведения», поскольку эти представления сильно зависят от контекста. Вернее будет полагать, что существуют те модели поведения, которые ведут к достижению целей и удовлетворению потребностей индивидуума, то есть эффективные, или наоборот, такие модели поведения, которые дезориентируют или создают препятствия, то есть неэффективные.

Возвращаюсь к интересам тренера.

Престиж, конкурентоспособность и признание – не единственный интерес тренера в его работе.

Второй значимый интерес тренера – это материальная компенсация, заработная плата. Тренеры, которые сильно завышают оплату своих услуг, рискуют остаться без работы. Тренеры, которые сильно занижают стоимость занятий или делают скидки по причине личной заинтересованности в спортсмене, рискуют создать себе ситуацию, в которой их труд не принесет серьезных плодов, поскольку они позволяют спортсменам и их родителям недооценивать свое мастерство. Здесь важно найти ту сумму, которая бы адекватно отражала как преподавательский уровень тренера, специфику того контингента, с которым он работает, так и ту конкурентную ситуацию, в которой он находится на данном этапе своего профессионального развития. Под спецификой контингента я понимаю ту прослойку спортсменов, с которой данный тренер работает наиболее эффективно. Например, один тренер великолепно работает с детьми первых трех лет обучения, другой – только со взрослыми Д – В класса, третий прекрасно ведет группы, четвертый может быть эффективным только при работе с малой группой или индивидуально. Каждый тренер должен отдавать себе отчет в том, что именно у него получается лучше всего, а где – его проблемная область.

Третий значимый интерес тренера – это его личные, человеческие отношения с учениками и их родителями. И это есть самое краеугольное, острое и трудное место тренерской карьеры. Дело в том, что многим довольно трудно найти тот момент, где кончается бизнес и начинается личный контакт, не разрушая при этом ни того, ни другого. И здесь точно нет общих рекомендаций для всех, этот вопрос индивидуален постольку, поскольку крайне индивидуальны те личные и профессиональные запросы, которые присутствуют у конкретного тренера к конкретному спортсмену или его родителям в конкретной ситуации. Здесь вам может помочь только личный опыт и работа с психологом.

И четвертый, не менее значимый интерес тренера – это способность и возможность творчески реализоваться в своей работе. Если ваша работа с танцорами вам представляется некоторой рутиной, где нет возможности воплотить свои творческие идеи о видении танца, если таковые вообще присутствуют J, то вряд ли вам вообще будет комфортно в этой среде. И тем более трудно, если в условии не-творчества приходится еще и решать проблемы взаимоотношений. Основная трудность здесь в том, что если у самого тренера присутствует некреативное отношение к работе, то включается определенный психологический феномен, при котором чрезвычайно трудно заметить творческую инициативу, исходящую от самих спортсменов и их родителей.

Таков обзор интересов тренера.

Спортсмен обладает некоторым схожим «пакетом» интересов.

Основным его стимулом является, как и у тренера, признание его таланта и способностей, индивидуальности и уникальности тренером и родителями, другими значимыми взрослыми. И я бы сказала, что это тот главный интерес, который лежит в основе его занятий танцевальным спортом.

На втором месте у спортсмена в танцевальном спорте – это любовь к музыке и движению, природное стремление к творческой самореализации.

И третий стимул танцора – это возможность общаться и самоутверждаться в среде сверстников и более старших спортсменов. Точно известно, что если ребенка лишить возможности тренироваться в группе и перевести только лишь на систему индивидуальных занятий, его мотивация значительно падает. Среди взрослых спортсменов тоже часто можно наблюдать такую тенденцию – они стремятся тренироваться в том месте, где есть возможность, кроме всего прочего, приятно «потусовать» J.

Та иерархия приоритетов у спортсмена, которую я привожу здесь, соответствует так называемому конкурентному, спортивному складу характера. Ребята, у которых приоритеты расставлены именно так, довольно успешно выстраивают свою танцевальную карьеру до определенного возраста. Достигнув некоторой духовной зрелости, став взрослыми, они сталкиваются с переоценкой ценностей, и тогда приоритеты могут поменяться местами. Для кого-то главным может стать общение со сверстниками, для кого-то – творческая самореализация. Первые из них со временем оставляют спорт, а вторые взлетают на новый, более взрослый, серьезный, профессиональный уровень. Еще кто-то останется на прежних позициях – престиж и признание. И такие танцоры с возрастом сталкиваются с серьезными сложностями психологического характера, отражающимися как на здоровье, способности эффективно тренироваться, точно и полно усваивать тренировочный материал, так и на проблемах отношений в танцевальной паре, усилении предстартовых волнений, адекватной оценке собственного исполнительского мастерства и пр.

Важно, что каковы бы ни были расстановки приоритетов, массовые доли значимости всех составляющих, всех пунктов внутри этой системы приоритетов, должны быть равны, и только тогда процесс роста может развиваться гармонично и стабильно. И это справедливо для каждого из участников этой социальной микрогруппы «тренер – спортсмен – родитель».

Важно так же заметить, что с возрастом у спортсмена все больший вес приобретает еще один немаловажный пункт – это его сексуальная идентификация и гендерные стереотипы поведения, связанные с ней. Гендерные стереотипы – это именно социальные (а не биологические) стереотипы поведения, обусловленные принадлежностью к женскому или мужскому полу.

Видение танцором себя, как представителя определенного пола, каким-то образом сочетается или не сочетается с его спортивной карьерой. Насколько сильна эта составляющая и важна для него, насколько сильны в его сознании определенные стереотипы полоролевого поведения – настолько сильным может оказаться их влияние на спортивную мотивацию танцора. Другими словами, если девочка, повзрослев, становится одержимой мыслью выйти замуж, поскольку в ее семье замужество – это необходимая составляющая жизни полноценной женщины, то ей уже, конечно, трудно строить отношения с партнером. Ее внимание в этом случае смещается с тренировочных проблем на проблемы отношений. Тоже можно сказать и о мальчиках, когда они одержимы идеями завоевания как можно большего количества дамских сердец, если они воспитаны на представлениях, что именно это доказывает их мужественность. А в современном обществе все еще трудно избежать воспитания на подобных стереотипах – они декларируются повсюду.

Еще один значимый персонаж – это родитель спортсмена J. Если с танцором и тренером все более-менее понятно: они нуждаются друг в друге, и в отсутствии одного из этих двух персонажей процесс просто не состоится, то с родителями ситуация другая. Они вроде бы и необходимы, но в то же время, тренер часто думает: хорошо бы обходиться без них J.

Родитель – довольно сложный человек, поскольку чаще всего именно он из всех троих не осознает своих истинных мотивов присутствия в танцевальном спорте, и от того создает массу сложностей. И я считаю важным тот факт, что тренер должен четко представлять мотивы присутствия родителей с тем, чтобы помогать им их осознавать. Тем самым тренер помогает родителям находить им самим для себя место в этом процессе, а так же те способы взаимодействий, которые будут адекватны ситуации и точно будут полезны для всех троих участников ситуации.

В психотерапии довольно весомое значение имеет тот факт, что когда есть психологические проблемы у ребенка, то это значит, что психотерапевту необходимо работать именно с родителями, и уже потом – с ребенком.

Перед тренером тоже встает эта задача, если он в своем коллективе играет сразу все роли – и руководителя, и тренера, и психолога одновременно. Хотя можно просто раздать эти роли подходящим для них людям J. И это уже тема для отдельной лекции по организации внутриклубной работы.

Итак, сфера интересов родителя.

Подразумевается, что родители приводят детей в танцевальный спорт для того, чтобы развить их природные задатки и, возможно, сделать ребенку красивую танцевальную карьеру. То есть, из наилучших побуждений и из любви к ребенку. Такие родители отдают вам свое чадо, полностью доверяя вашему профессионализму и периодически интересуясь ходом процесса. Иногда они спрашивают тренера, что необходимо от них, от родителей, чтобы поддерживать этот процесс.

Такой идеальный родитель – большая редкость, я думаю, вы знаете это по собственному опыту.

У всех остальных родителей под внешне схожей заинтересованностью кроется совсем другая, личная мотивация. И в основе этой неосознанной мотивации лежит их собственная нереализованность в творчестве, карьере или спорте.

Такие родители в лучшем случае с головой погрузятся в жизнь вашего клуба, и даже будут сидеть с вашими собственными детьми, пока вы работаете с их ребенком. А в худшем случае они будут встревать в тренировочный процесс, давать вам советы и третировать детей на турнирах тренировочными требованиями.

Ни лучший, ни худший из этих вариантов не идут на пользу ни танцору, ни тренеру, ни самому родителю, в связи с тем, что такой родитель смешивает социальные роли и выполняет не адекватные данной ситуации функции. А это в результате всегда ведет к конфликтам и проблемам. Под адекватными функциями я здесь подразумеваю те, которые соответствуют его социальной роли – роли родителя.

В связи с собственной нереализованностью, один родитель может пытаться неосознанно воплощать вместо родительской роли тренерскую по отношению к своему ребенку. Это никак не помогает тренеру, травмирует ребенка, и точно никак не решает проблемы самореализации родителя. Как правило, родители об этом мало догадываются.

Другой родитель может пытаться быть некоторым образом членом танцевального коллектива, быть активным соучастником процесса.

Третий случай – когда родителями движет некое убеждение, что можно каким-то образом влиять на тренера с целью добиться от ребенка бОльших результатов. В этом случае у родителя отсутствует понимание того, что результат зависит от самого ребенка в бОльшей степени, чем от тренера. Такие родители как будто пытаются усилить мотивацию тренера к занятиям с их ребенком с помощью дополнительных средств. Можно подумать, что у самого тренера без этого мало мотивации быть хорошим тренером J.

В роли этих самых дополнительных стимулирующих средств, которые употребляют родители, могут выступать и деньги, и «как бы» бесплатные услуги, и участие в личной жизни тренера, и прочее. Таким образом, родитель выступает в роли покупателя. Но покупает он здесь не услуги тренера, а самого тренера, в свое личное распоряжение.

Многим тренерам по собственному опыту известно, что развитие описанных отношений рано или поздно приводит к недоразумениям и конфликтам. И здесь принципиально важным становится не столько как разрешить эти конфликты, сколько как предотвратить их, учитывая, что такие родители никогда не перестанут к вам приходить. Таким образом, важным становится то, как строить отношения с такими родителями и как предупреждать развитие таких ситуаций.

В первую очередь, тренеру необходимо разобраться с собственной позицией в собственной педагогической роли. Здесь я предлагаю некоторую концепцию, основанную на гештальт-подходе. Эта концепция уже не раз доказала свою эффективность.

В гештальте существует понятие о том, что совмещение нескольких социальных ролей по отношению к одному и тому же человеку не приводит к эффективности ни в одной из них. Например, сочетание роли родителя и тренера по отношению к одному и тому же ребенку или даже взрослому.

Прежде всего, сочетание ролей неэффективно потому, что дезориентирует всех участников этих отношений в их обязательствах и правах друг к другу. А это, в свою очередь, рождает массу необоснованных ожиданий, перекладывание ответственности друг на друга, и как следствие – возникновение претензий.

Заблуждением было бы считать, что этим страдают только родители. Очень часто можно видеть тренеров, пестующих своих учеников, как собственных детей. Еще одним заблуждением будет полагать, что такая позиция тренера приведет к наиболее высоким результатам спортсменов или к их признательности. И, я полагаю, что ваш собственный опыт в этом еще более убедителен, чем мои слова.

Поэтому главная задача тренера в выстраивании эффективных отношений состоит в том, в первую очередь, чтобы самому не смешивать роли. И тогда это будет хорошим способом не создавать прецедентов, не провоцировать родителей и спортсменов на соответствующее поведение, и не поддерживать их иррациональных моделей поведения.

Конечно, дл того, чтобы находиться четко в рамках тренерской роли, а не быть частично няней, а частично капризным ребенком для своих танцоров, тренеру необходимо понимать, чем собственно роль тренера отличается от других ролей.

Вот приблизительная характеристика этих ролей.

Тренер – это, в первую очередь, продавец своих услуг. Он точно знает, какая услуга сколько стоит и принимает оплату только деньгами, поскольку деньги – универсальное мерило для любых товаров и услуг. Бартер для тренера – мера исключительная, поскольку в бартере чрезвычайно трудно отмерить эквивалентность взаимных услуг. И здесь точно есть опасность создать почву для необоснованных ожиданий.

Кроме этого, тренер – это человек, обладающий строго определенной, узкоспециализированной и достаточно глубокой профессиональной квалификацией в той сфере услуг, которую он предлагает.

В компетенцию тренера входит:

  • знание спортивных требований к танцорам тех возрастных и квалификационных категорий, с которыми он работает;
  • знание возрастных психофизиологических особенностей спортсменов;
  • знание методики преподавания с учетом вышеперечисленных условий;
  • определение режимов и графиков тренировок, соревнований, спортивных сборов;
  • навыки организации тренировочного процесса.

Все, что сверх этого – харизма и личный стиль тренера – не относится к обязательному уровню профессионализма, позволяющему работать со спортсменами.

  • В компетентность тренера не входит:
  • Определение эмоционального состояния и состояния здоровья спортсмена;
  • Прогнозирование развития спортивной карьеры танцора;
  • Решение семейных, финансовых, учебных и прочих личных проблем танцора.

Характеристика родительской роли выглядит следующим образом.

Родитель – это человек, заботящийся о создании наиболее благоприятных условий для развития своего ребенка, обеспечения становления его личности, навыков здорового образа жизни и эффективного поведения. Главная его задача по отношению к ребенку – это поддержка.

В компетентность родителя входит:

  • Определение места, где его ребенок будет развиваться;
  • Выбор тренера;
  • Определение суммы денег, которые родитель готов потратить на развитие своего ребенка;
  • Обеспечение условий для отдыха и здорового образа жизни ребенка;
  • Уведомление тренера о трудностях, возникающих в тренировочном процессе у ребенка.

В компетентность родителя не выходит:

  • Методика и режим тренировок;
  • Стратегическое планирование тренировочного процесса;
  • Создание условий для работы тренера;
  • Решение личных, финансовых и прочих проблем тренера.

Все, что родитель предлагает или требует от тренера сверх перечисленного здесь, не является адекватным тренировочному процессу. В случае, если родитель настаивает на увеличении своего присутствия в тренировочном процессе, тренер имеет полное право предложить такому родителю заключение договора о дополнительных обязательствах или условиях тренировочного процесса на взаимовыгодных условиях.

То же самое имеет право потребовать и родитель, если тренер претендует на бОльшую долю участия в жизни ребенка, чем та, что определена его тренерской компетенцией.

Вполне закономерно может возникнуть вопрос: кто несет ответственность за спортивные результаты спортсмена?

Ответ: все трое в равной степени. И тренер, и родитель, и сам спортсмен. Каждый в той сфере, которая определяется его компетенцией.

Какова же тогда сфера компетенции самого танцора? За что он сам несет ответственность?

В первую очередь, за выполнение тренировочных требований, в которые входят:

  • Выполнение спортивных требований на тренировках;
  • Выполнение домашних заданий, если таковые есть;
  • Соблюдение правил здорового образа жизни, обусловленных спортивной необходимостью;
  • Соблюдение режима спортивных мероприятий (тренировок, соревнований, спортивных сборов);
  • Выполнение требований спортивной дисциплины;
  • Уведомление тренера о трудностях, с которыми он сталкивается в тренировочном процессе.

И вот то, за что танцор точно не отвечает:

  • За финансовое состояние, планы и намерения и тренера, и родителей, относительно него самого.

Здесь всплывает еще одно гештальтистское понятие: ответственность и ее границы.

То, что выше я очертила как границы компетенции, одновременно показывает и границы ответственности каждого. Имея их ввиду, чрезвычайно сложно создать неразрешимую конфликтную ситуацию. Однако наивно будет полагать, что родители и спортсмены тоже имеют об этом представление. Как говорят, незнание законов не освобождает от ответственности за их нарушение, и поэтому безопаснее все-таки знать о них. И если тренер изучает эти закономерности, как правило, на своем опыте и своих ошибках, то танцоры и их родители частенько предпочитают сваливать ответственность за проблемы на тренеров. И это есть игра в одни ворота. Здесь я могу дать вполне практический совет: знанию сфер ответственности танцоров и родителей нужно обучать. И для этого вполне подойдет следующий ряд мер.

Один из самых эффективных способов информировать родителей и спортсменов о степени их участия в тренировочном процессе – это печатная информация. Это могут быть информационные стенды в вашем клубе или буклеты, которые вы раздаете членам вашего коллектива. Вы так же можете включить эту информацию в бланк заявления о приеме в клуб, или в бланк договора между тренером и танцором или его родителями. И в этом тексте, наряду с правилами поведения, формой одежды для тренировок и условиями тренировок, финансовыми условиями, штрафными и поощрительными мерами, вы можете привести информацию о том, за что именно в тренировочном процессе отвечает тренер, за что танцор, а за что – его родители.

Другой хороший способ регулировать отношения в клубе, не исключающий первого – это родительские собрания. На них, помимо хозяйственных и стратегических задач клуба, вы можете обсуждать спортивные планы и результаты, нужды и достижения как всего коллектива, так и каждого танцора в отдельности. Вы можете говорить о трудностях, с которыми вы сталкиваетесь в работе с тем или иным спортсменом или родителем, а так же тех трудностях, с которыми сталкиваются сами танцоры.

Коллективное обсуждение проблем позволяет родителям видеть реальную ситуацию в клубе, в коллективе вообще, а не зацикливаться на своем субъективном случае со своим субъективным взглядом на ситуацию, слышать разные позиции и мнения и сравнивать их со своими. А тренеру такое собрание тоже может принести много объективной информации о его коллективе.

Третья важная мера – это открытое обсуждение проблем и задач индивидуально с танцором и его родителями, или с парой и ее родителями. Причем здесь важно ориентироваться на собственную интуицию и организовывать такие встречи не тогда, когда проблема встала чрезвычайно остро, а при первых ее признаках.

Продолжая мысль о том, что родители часто не осознают своих личных мотивов участия в танцевальном спорте, хочу снова вернуться к теме отношений «родитель-тренер». Выше я уже сказала, что чудесно, когда тренер может направить бьющую через край родительскую энергию в безопасное и продуктивное русло. Здесь речь пойдет о том, каким образом это можно делать.

Родителям, которые стремятся тренировать своих детей, можно рекомендовать создать ребенку условия для самостоятельных тренировок. Важно донести до таких родителей, что в парных отношениях, какими являются отношения между ребенком и родителем, всегда работает определенный психологический феномен: все то, что берет на себя один член пары, другой игнорирует. Таким образом, если родитель сильно заинтересован в усилиях ребенка, то сам ребенок будет заинтересован в этом слабо. И лучший способ повысить его мотивацию – это предоставить ему свободу самому думать о своих усилиях, и самому встречаться с трудностями и пользой, к которым приводит тот или иной его выбор – хорошо тренироваться или сачковать.

Родителям, которые от чувства одиночества или чего-то еще стремятся быть соучастниками тренировочного процесса и жить жизнью клуба, важно найти достойное применение. Каждый из них обладает какими-то умениями, которые вполне могут пригодиться в клубе. И этот способ применения родительской энергии, конечно, не нов. Однако здесь есть опасность создать такой тип отношений, при котором родитель будет думать, что это вы в нем нуждаетесь, а не он – в вас. Ваша изобретательность в построении отношений, в которых вы всегда будете делать акцент на том, что любая деятельность родителя на пользу клуба – это его личная инициатива, вам очень и очень пригодится. И главное – это все-таки должна быть деятельность на пользу клубу и танцорам, а не на пользу тренеру. Как только вы соблазнитесь помощью такого родителя для своих личных нужд, вы немедленно создадите себе ловушку в виде почвы для будущего конфликта. И конфликты, вырастающие на такой почве, могут иметь очень серьезные последствия. Никогда не знаешь, с кем имеешь дело.

Родители-покупатели сложны тем, что они всегда предлагают массу соблазнов. И с ними, во-первых, нужно четко проводить линию вашей неподкупности, а во-вторых, обращать их энергию опять же на пользу клубу. Вашу неподкупность может поддержать неустанное повторение фраз примерно следующего содержания:

«Мое отношение к ученикам зависит только от их трудолюбия. Никакие другие факторы для меня не имеют значения»

«Да, я могу поставить вашу дочь в пару с тем крутым партнером, но готовы ли вы к тому, что он или его родители могут отказаться от этого ввиду низкого танцевального уровня вашей дочери?»

«Очень здорово, что вы помогаете клубу, однако я хочу, чтобы вы отдавали себе отчет в том, что вы это делаете не для меня, а для своего ребенка. И только для него.»

Конечно, вам будет очень трудно с такими родителями, если ваша истинная позиция сильно противоречит позиции эффективного тренера, каковую я здесь и декларирую. Когда личная сиюминутная выгода выглядит привлекательнее далекоидущих благоприятных прогнозов и перспектив, здесь уже никакой мудрый психологический совет не решит ваших проблем.

Я часто слышу от клиентов, пришедших в первый раз: «Вы уберите у меня этот симптом, и я буду счастлив». Но всякий симптом, будь то систематические нарушения в отношениях, повторяющиеся паттерны поведения или психосоматические явления, прочно связан с системой мировоззрения и самооценки. И не изменив самооценки и взгляда на мир, невозможно стать счастливее и здоровее. Так же и в отношениях с родителями и танцорами: если ваши позиции не исключают получения вторичной выгоды, то получите и довесок, бесплатное приложение – проблемы взаимоотношений.

Таков очень общий взгляд на то, какие меры могут помочь тренеру предотвращать и решать сложные ситуации в коллективе. Как видите, если тренер является судьей и занимается в своем коллективе еще и организационной работой – это довольно хлопотная жизнь и без помощников-профессионалов работать нелегко.

Еще одной важной причиной различного рода сложностей во взаимоотношениях между тренером, спортсменом и его родителями является уровень мотивации спортсмена для занятий танцевальным спортом.

Дело в том, что не все танцоры мотивированы одинаково. Сама по себе низкая или нестабильная мотивация не является поводом для «забраковывания» танцоров, поскольку довольно трудно собрать в пару танцоров, идеально подходящих друг другу по всем критериям, да еще и одинаково мотивированных. Однако разница в мотивации – чуть ли не первая причина всех конфликтов в паре. А когда есть конфликт в паре, всегда существует высокая вероятность, что это станет проблемой для тренера.

Проблема мотивации может быть решена различными способами. И выбор того или иного способа зависит от специфики индивидуальной ситуации. С этой проблемой я считаю эффективным работать в рамках регулярного группового психологического тренинга или, если проблема стоит очень остро, на индивидуальной терапии.

В условиях конкуренции так же важно обращать внимание на адекватную самооценку спортсменами самих себя, а так же родительскую оценку роста спортсменов. Для поддержания равновесия в реалистичной оценке, а так же в личной ответственности каждого из участников ситуации, считаю целесообразным проводить регулярные (1 -2 раза в квартал) психологические тренинги в рамках гештальт-подхода.

В теме моей лекции в скобках было помечено, что на месте тренера во взаимоотношениях с танцором и его родителями может находиться судья. Таков был запрос ФТСР к моей лекции. Не могу обойти эту тему вниманием, хотя, возможно, я понимаю ее со своим собственным акцентом.

Насколько мне известно, уставами и правилами организаций танцевального спорта общение судей с танцорами и их родителями сильно ограничено. Это сделано с тем, чтобы создать условия для максимально чистого судейства. И, таким образом, проблема отношений судей с танцорами и их родителями не должна вставать никогда, поскольку по бумагам между ними общения как такового не существует вообще. Но в реальности, как вы понимаете, все совсем не так, поскольку практически все судьи ФТСР одновременно являются и тренерами J.

Учитывая таковое положение вещей, встает скорее не проблема взаимоотношений судьи с танцором и его родителями, а проблема совмещения роли тренера и судьи. Уже само по себе это явление в танцевальном спорте лежит в основе многих и многих конфликтов и недоразумений, как в масштабах небольшого клуба, так и в масштабах региональных и даже международных федераций.

На мой профессиональный психологический взгляд, до тех пор, пока один и тот же человек будет выполнять и функции тренера, и функции судьи, проблемы взаимоотношений и адекватности судейства буду занимать первое место в ряду других проблем в танцевальном спорте. Это происходит потому, что судья не может быть не заинтересованным в результатах турнира лицом, если он еще и представляет интересы тренера, коим сам и является. И этого не избежать, если не лишить его возможности преподавать J, или если не лишить тренеров возможности судить.

В программу моего сегодняшнего выступления не входит агитация за разделение тренерства и судейства. Я рассматриваю проблемы социально-психологического свойства в рамках танцевального спорта, и в силу своего профессионализма, анализируя одну сторону проблемы, не могу умалчивать о другой.

На этом тот материал, который я хотела предложить вам сегодня закончен.

Я хочу лишь добавить, что поскольку сегодняшняя аудитория представляет интересы тренеров и судей, моя лекция была ориентирована на тему возможной психологической защиты интересов тренеров от нападений родителей и танцоров J. И если бы в другой раз здесь был бы конгресс родителей, под тем же самым названием вы бы услышали лекцию о том, как грамотно выбрать толкового тренера, и как отстаивать в конфликтах с ним свои интересы. А если бы это был конгресс танцоров, то, возможно, мы бы обсуждали, как выживать под давлением тренеров, судей и родителей. Таким образом, сегодня я дружу с вами против танцоров и их родителей.